ITUC logo Pan-European Regional Council Pan European Regional Council

Цифровая экономика требует формирования нового видения социальной политики

25 October 2017:

Александр Нурик

В марте этого года многие агентства с подачи Bloomberg распространили новость о том, как глава Uber Трэвис Каланик вступил в перепалку с таксистом своего собственного онлайн-сервиса. Фавзи Камель, работающий в Uber с 2011 года, раскритиковал главу компании за то, что он повышает стандарты обслуживания и при этом снижает цены. В завершение поездки водитель поставил своему работодателю оценку в один балл.

Эта история выглядит анекдотичной, но она произошла в реальной жизни. Более того, спор между владельцем компании и водителем был связан с вполне конкретным вопросом — моделью управления онлайн-сервисом и ее влиянием на условия труда таксистов и их заработок. Речь идет о модели, которой многие эксперты дали название «уберизация».

Новые бизнес-модели: риски и возможности

В отличие от традиционных служб такси, Uber с помощью мобильного приложения автоматизировал работу, которую обычно выполняют диспетчеры, а также некоторые менеджеры и сотрудники. Таким образом, мобильное приложение является единственным инструментом взаимодействия между водителями такси и потенциальным пассажиром.

Важная особенность работы Uber в том, что руководство компании ориентировано на постоянное удешевление стоимости услуг для повышения спроса со стороны потенциальных пассажиров. По данным Bloomberg, в 2012 году поездка по Сан-Франциско на Uber Black стоила 4,90 доллара за милю и 1,25 доллара за минуту, в 2017-м эти тарифы упали до 3,75 и 0,65 доллара соответственно.

Фавзи Камель — не единственный, кто критикует ценовую политику компании. В 2015 году французские таксисты проводили забастовку в Париже и Марселе, перекрывая трассы к аэропортам. Они обвиняли Uber в нечестной конкуренции, поскольку водители, осуществляющие с ее помощью перевозки, не проходят лицензирования со стороны властей. Таксисты заявили, что они потеряли от 30 до 40% своих доходов за два предыдущих года из-за роста популярности сервиса. Аналогичные акции протеста проводили в начале 2017 года итальянские водители.

«Бизнес-модели, основанные на дигитализации и постоянно находящихся в сети пользователях, иллюстрируют образ наступающего будущего. В этом смысле следует говорить о Uber, Spotify, Netflix и Airbnb. Каждый из них стремится к повсеместному присутствию и включению в глобальный спрос. Их бизнес-модели позволяют быстро создавать и развивать рынки и увеличивать свою прибыль», — рассказывает Дени Пеннель, управляющий директор Европейской конфедерации частных агентств занятости.

Он также отмечает: «Всего за четыре года, без владения какой-либо недвижимостью, сервис Airbnb стал управлять сетью из такого же количества гостиничных номеров, сколько компания Hilton Hotels создала более чем за 90 лет в бизнесе. Точно так же Uber является сегодня крупнейшей в мире компанией в сфере таксомоторных перевозок, у которой, однако, нет собственных автомобилей».

Вместе с тем развитие таких ресурсов, как Airbnb, не всегда может противопоставляться традиционному гостиничному бизнесу и нести ему угрозу. Отельные гиганты, например, Accor Hotels, под влиянием новых технологий также начинают активно работать в социальных сетях и создавать собственные мобильные приложения, предоставляющие пользователям доступ, в зависимости от предпочтений, как к гостиничным номерам, так и к апартаментам (квартирам).

Взаимоотношения работодателей и работников в секторе гостеприимства (услуги проживания, общественного питания и туризма) и в секторе такси могут серьезно отличаться в силу разной роли профсоюзов в этих секторах. Возможности работников объединяться в профсоюзы и выдвигать коллективные требования работодателю напрямую связаны с существованием как в секторе, так и в конкретной компании определенных социальных гарантий.

В качестве примера можно привести Международный союз пищевиков (IUF), объединяющий более 12 млн работников по всему миру, в том числе в секторе гостеприимства. IUF заключил глобальные рамочные соглашения с рядом транснациональных компаний: гостиничной сетью Accor Hotels, туристическим оператором и владельцем отелей Club Med, компанией по организации питания и сервисного обслуживания Sodexo, — в которых прописаны гарантии как условий труда и заработной платы, так и объединения работников в профсоюзы и коллективной защиты своих прав.

Какие сектора ощущают влияние цифровой экономики?

Рассмотренные модели — лишь часть общего процесса, называемого дигитализацией экономики. Под дигитализацией понимают широкое внедрение организацией, отраслью или страной компьютерных (цифровых) технологий или расширение их употребления, ведущее к серьезным социально-экономическим преобразованиям. Стоит различать компании, работающие в секторе информационно-коммуникационных технологий (ИКТ), то есть непосредственно занятые разработкой и созданием устройств (микросхем, ЭВМ, средств связи и другого оборудования), программного обеспечения, а также поддержанием инфраструктуры информационных сетей, и компании в других секторах, применяющие ИКТ в своей деятельности.

По данным ОЭСР, в 2013 году сектор ИКТ в странах блока составил 5,5% общего объема ВВП, или 2,4 трлн долларов. Наибольший процент по этому показателю среди стран ОЭСР был отмечен у Кореи — чуть менее 11% ВВП страны, за ней на втором и третьем местах идут Япония и Ирландия — у каждой по 7%. В России, по данным Высшей школы экономики, в 2015 году объем сектора ИКТ-инфраструктуры и ее обслуживания достиг 1,296 трлн рублей (примерно 21 млрд долларов), что составляет примерно 1,7% ВВП.

Рассматривая развитые страны, можно отметить, что наибольшее влияние дигитализации за последние годы ощутили на себе следующие сектора: СМИ, торговля, гостеприимство (гостиничный бизнес, рестораны, туризм), финансы (продажа банковских продуктов, рынки капитала, страхование), образование, наука, поиск работы (в том числе деятельность частных агентств занятости). В меньшей степени его ощутили здравоохранение, промышленное производство, строительство, сельское хозяйство. При этом, конечно же, влияние цифровых технологий в разном масштабе чувствуют на себе все сферы жизни и экономической деятельности.

В каждом из секторов приход цифровых технологий имеет свою специфику, но везде он связан с серьезной реорганизацией производственных процессов. Например, в сфере журналистики есть тенденция к сокращению количества штатных работников. На их место приходят создатели уникального контента, оперативно распространяемого в социальных сетях и видеоблогах. Примером такого формата работы может быть холдинг Vice Media, получающий материалы от своих корреспондентов, работающих в горячих точках мира. При этом корреспонденты не привязаны к корпунктам или офисам, которых у Vice попросту нет, и могут не иметь с компанией устойчивых трудовых отношений.

К числу новых СМИ относят такие онлайн-проекты, как Quartz и BuzzFeed. Отмечается, что Quartz не имеет штатных фактчекеров. Вместо этого ресурс полагается на честно и ясно обозначенные исправления к уже опубликованным материалам. Аналогичные тенденции наблюдаются и в традиционных СМИ. Например, один из влиятельнейших международных деловых журналов Newsweek отказался от печатной версии. С 2013 года его материалы доступны только на сайте, в социальных сетях и мобильных приложениях.

В 2011 году бренд-менеджер Forbes Брюс Роджерс рассказывал, что издание «практически полностью перестроило всю свою работу в Интернете», сосредоточившись на работе сайта и продвижении материалов через социальные сети. Тогда же он отметил, что у Forbes теперь меньше штатных авторов, чем два года назад. Вместо этого издание сосредоточилось на расширении сети авторов за счет создания системы блогов, в которых авторы в основном пишут за небольшие гонорары, а часто для собственного удовольствия или формирования публичной репутации. На сегодня блогерская сеть Forbes насчитывает несколько тысяч авторов.

Какое будущее у профессий?

Начинает ощущать на себе влияние цифровых технологий сектор здравоохранения. За последние несколько лет в США появились онлайн-сервисы и мобильные приложения по оказанию медицинских услуг — ZocDoc, EatherWay, Kareo. Аналогичные сервисы пытаются создавать и в России. В апреле 2017 года совместный проект онлайн-консультаций запустили «Яндекс» и сервис по вызову врачей на дом DOC+. Пока проект работает в тестовом режиме.

Здравоохранение, в отличие от других секторов, непосредственно связано с жизнью и здоровьем людей. Поэтому появление и развитие такого рода сервисов связано прежде всего с вопросами лицензирования медицинской деятельности и ответственности за врачебную ошибку. Наличие таких сервисов, с одной стороны, может решить проблему отсутствия врачей и медицинских учреждений в труднодоступных местах. С другой — их появление не избавит от системных проблем здравоохранения: сокращения государственного финансирования, отсутствия профессиональных кадров, роста объемов коммерческих услуг.

В Европейском профсоюзе общественного обслуживания (EPSU), объединяющем работников здравоохранения и социальных служб, отмечают, что процесс дигитализации «может стимулировать расширение участия граждан и работников в организации и обеспечении общественного обслуживания». Вместе с тем в профсоюзе отмечают риски переориентации сектора в сторону коммерциализации, сокращения штатных работников и расширения аутсорсинга, ухудшения условий труда (размывание рабочего времени, сокращение зарплаты).

Вопрос регулирования онлайн-сервисов появляется в повестке дня. В настоящее время власти ряда стран предприняли действия по регулированию, ограничению или даже запрету деятельности сервисов Uber, видя в них угрозу для традиционных служб такси и занятых в них водителей. Одновременно с этим крупнейшие мировые научные и исследовательские центры занимаются изучением вопросов влияния цифровой экономики на трудовые отношения. В последние годы публикации на эту тему были сделаны Европейским профсоюзным институтом (ETUI).

«В Европе, согласно исследованиям, в зоне риска находится в среднем 54% рабочих мест, — отмечают в ETUI. —Периферийные страны Европы, похоже, сильнее всего ощутили на себе разрушение рабочих мест, вызванное компьютеризацией многих профессий. Вместе с тем странам с развитой цифровой инфраструктурой и работниками, имеющими навыки в области ИКТ, а также с широким использованием Интернета и цифровых технологий в общественном секторе, скорее всего, в меньшей степени может угрожать дигитализация экономики, чем странам с менее развитой цифровой инфраструктурой».

В целом дигитализация, происходящая на глазах миллионов людей и постепенно реорганизующая облик профессий и рабочих мест, является не до конца осмысленным процессом, который может нести в себе и новые возможности, и крупные риски. С одной стороны, стоит отметить такие сопутствующие этому явления, как возникновение новых секторов, новых продуктов, новых сервисов. Это влечет за собой изменение форм труда и появление новых (по характеру, функциональности и сферам труда) профессий и рабочих мест.

С другой стороны, этот процесс связан с резким ростом автоматизации, компьютеризации и роботизации труда, что в ближайшие десятилетия может привести к сокращению ранее необходимых профессий и высвобождению большого количества работников. Итогом этого может стать серьезная поляризация общества и углубление социального неравенства. Эксперты ETUI говорят об опасности вымывания среднего класса, а также появления «зияющей пропасти» между немногими «суперзвездами-победителями» и массами «проигравших».

В этой ситуации от государства и гражданского общества — и прежде всего от профсоюзов как организаций работников — требуется формирование нового видения социальной политики. Это видение может быть основано на прогнозировании процессов дигитализации и связанных с этим явлений и формулировании предложений с точки зрения развития общества, всех его членов и социальных групп. Формирование такой политики возможно, очевидно, лишь тогда, когда все основные действующие игроки — государство, бизнес и гражданское общество — готовы брать на себя ответственность за будущее и связанные с этим определенные социальные обязательства.

КТР

this article has been tagged

Youth Committee , Sustainable economic growth policies , Russia , employment policies , KTR , Labour Relations & Social Dialogue
ituc logo
The ITUC represents 202 million workers in 163 countries and territories and has 331 national affiliates.
connect with us
connect with us Facebook Youtube Twitter RSS Email